Наглое вторжение

Наглое вторжение кайзеровских войск было отбито, но нашей стране был навязан тяжелый, кабальный Брестский мирный договор, по которому от Советской республики отторгались многие ее западные территории. После того как стало ясно, что попытка удушения Советской власти с помощью германских штыков провалилась, пра вящие круги Антанты предприняли отчаянные усилия свергнуть утвердившийся в нашей стране советский строй силон своих экспедиционных войск, взаимодействовавших с вооруженными отрядами внутренней контрреволюции. Так, весной 1918 года высаживаются американские, английские и французские десанты на Севере, в Мурманске, японские, а затем американские и английские войска — во Владивостоке. Интервенты развернули наступление в глубь советской территории. В мае 1918 года вспыхнул антисоветский мятеж чехословацкого корпуса в России (до 50 тыс. человек), состоявшего из военнопленных бывшей австро-венгерской армии. Этому корпусу было разрешено вернуться через Сибирь и Дальний Восток в Европу. И когда эшелоны корпуса растянулись по железной дороге от Тихого океана до Волги, агенты Антанты и контр революционная часть командования корпуса обманом и угрозами подняли солдат и офицеров на вооруженный мятеж против Советской власти. К ним присоединились значительные силы внутренней контрреволюции, белогвардейские казачьи и кулацкие формирования. В обширных районах Сибири, Урала, Поволжья мятежники захватили власть в свои руки, создали местные антисоветские «правительства», чинили расправу над рабочими и крестьянами, расстреливали коммунистов, руководителей и активистов советских органов, всех, кто сочувствовал Советской власти. Это создало серьезную угрозу завоеваниям революции. В Закавказье английские войска вместе с белогвардейцами захватили Баку и арестовали руководителей Советской власти в Азербайджане, в их числе видных деятелей партии С. Шаумина, П. Джапаридзе, М. Азизбекбва, И. Фиолетова, Я. Зевина.

Первые же  Сильное беспокойство  Во второй половине ноября  По указанию англичан  Агенты интервентов  Именно во имя